(архивное интервью)
От редакции
Перед вами интервью с Александром Михайловичем Зариповым, председателем общественного объединения «Русская община столицы», записанное при его жизни и публикуемое сегодня посмертно.
Этот разговор стал документом своего времени — в нём звучит голос человека прямого, принципиального, не склонного к компромиссам с совестью. Александр Михайлович говорил о роли общественных организаций, о необходимости реального участия граждан в жизни города и страны, о русском языке и культуре как части общего исторического и духовного пространства Казахстана.
После его скоропостижного ухода работа Русской общины столицы не была прервана и продолжается его соратниками и преемниками. Мы публикуем этот материал без сокращений и правок по содержанию, сохраняя авторскую интонацию и лексику — как часть летописи Русской общины Казахстана.
АЛЕКСАНДР ЗАРИПОВ. ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА
Председатель общественного объединения «Русская община столицы» Александр Михайлович Зарипов — яркая харизматичная личность. Родившись в Одессе, он был одним из тех, кто стоял у истоков возрождения казачьих традиций в Степном крае. Для этого человека сохранение исконных русских традиций, культуры и мироощущения — не пустой звук.
ПЛОХОЙ ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК
— Меня не любят чиновники, потому что я задаю неудобные вопросы, и мне недостаточно формальной отписки. Я на заседании Ассамблеи народа Казахстана спросил напрямик у акима Астаны, когда уже у нас построят Дом дружбы, ведь в любом областном центре у общественных организаций есть свой угол, и только в столице ничего нет. Он пообещал решить данную проблему. Каждый вновь назначенный аким обещает Дом дружбы. Но воз и ныне там.
Я и тогдашнему российскому президенту Медведеву довольно жёстко высказал свои соображения по поводу программы переселения в РФ на Конгрессе соотечественников. Что это за программа, по которой в Россию приехало пять тысяч человек со всего мира за целый год? Возьмите, говорю, пример с Казахстана — всех желающих вернуться перевезли за казённый счёт, дали жильё, работу, возможность заниматься сельским хозяйством, а не оставили в течение пяти лет предоставленными самим себе на положении нелегалов-преступников. Я эту программу внимательно изучил и ничего хорошего в ней не нашёл — она половинчата и недееспособна в принципе.
Ещё мою фамилию очень хорошо знают в казахстанской Генпрокуратуре. Я пишу туда заявления, когда сталкиваюсь с фактами нарушения закона «О языках» — при отсутствии перевода на русский язык инструкций, деловой документации и тому подобного. Генпрокуратура разбирается в ситуации, отвечает по закону, а в проштрафившуюся организацию летят предписания об устранении недостатков. Можно с уверенностью сказать, что у нас с правоохранительными органами полное взаимопонимание.
Я делаю это не для того, чтобы создать себе личный пиар или приобрести политический капитал, а для благополучия соотечественников — чтобы законы соблюдались и социальные программы работали. Но, как думаете, меня будут после этого любить?
«…А НА МЕНЬШЕЕ Я НЕ СОГЛАСЕН»
Также я по мере сил борюсь со странным представлением, главенствующим среди чиновников, о роли общественных организаций, входящих в Ассамблею народа Казахстана. Им кажется, что мы нужны только для того, чтобы выстроиться в национальных костюмах и флажками помахать на каком-то мероприятии — пусть телевизионщики красивую картинку снимут.
Но ведь общественная организация — это серьёзное объединение граждан. Мы хотим влиять на реальную жизнь в государстве, помогать решать насущные проблемы. Дайте нам чуть больше полномочий, отразите это законодательно — и мы безо всякого госфинансирования дадим заключение, как строятся дороги, как ремонтируют дома, как кормят в детских садах, как работают полицейские на улице. Будем реально бороться с коррупцией — сопоставлять доходы с расходами отдельных граждан, считающих себя привилегированными.
Да и в охране общественного порядка наши парни могли бы подсобить. Представьте себе: на крупные мероприятия прибывает полицейский наряд, в составе которого есть представители казачества. Я знаю, что эта идея не по вкусу не только некоторым представителям власти, но и некоторым казачьим атаманам. Почему бы не направить казачьи традиции в русло, на благо всего общества, а не замалчивать и шельмовать их?
Отдельная большая тема — изучение государственного языка. Много времени прошло, сколько денег потрачено, а воз и ныне там. Дайте нам толику этих средств — мы найдём способ заинтересовать и научить людей общаться хотя бы на бытовом уровне. Я опираюсь на исторический опыт. Когда казаки полковника Шубина пришли на место будущей крепости Акмолы, ни русские, ни казахи друг друга не понимали. А через полгода вполне сносно научились договариваться. Вот пример истинно народной дипломатии. А сейчас национально‑культурные объединения часто выглядят как свадебные генералы — красиво, но бесполезно.
МЫ СОХРАНИМ ТЕБЯ, РУССКАЯ РЕЧЬ?
Отдельного упоминания заслуживает ситуация с изучением русского языка и литературы. Низкий уровень преподавания этих предметов — настоящая беда. То время, когда школьники и студенты Северного Казахстана поражали знаниями преподавателей из Москвы и Петербурга, практически прошло. Конечно, и сейчас встречаются самородки, но это скорее исключения.
Радует, что каждый год есть финалисты конкурса «Мы сохраним тебя, русская речь», которые направляются по российской квоте в вузы России. Более 50 процентов участников конкурса — казахи, и мы приветствуем глубокое изучение русской культуры всеми гражданами Казахстана.
О большом интересе говорит и история с русской воскресной школой, которую обещали открыть, но так и не открыли. Очень обидно, что дети и родители оказались обмануты в ожиданиях. И снова — половина учеников была из казахских семей.
Я горжусь, что приложил руку к созданию казачьего хора «Станичники», ансамбля «Русская песня», поддержке поэтессы Ирины Деевой. Удачным проектом стал ансамбль «Ладушка», который добился международного признания, но не смог представить культуру Казахстана за рубежом из‑за отсутствия финансирования.
Тем не менее, я верю, что есть шанс возродить объединяющее значение русской культуры, которое всегда ценилось на казахстанских просторах.
ВСЁ ЭТО — МОЙ ПУТЬ
Оглядываясь назад, могу сказать, что прожил насыщенную жизнь. Вместе с супругой мы воспитали детей, сейчас занимаемся внуками. В 1990‑е годы зарождались славянские и казачьи объединения. Я более двадцати лет занимаюсь общественной работой и, думаю, дальше скучать не придётся.
Меня часто спрашивают о наградах и встречах с первыми лицами государства. Но с возрастом понимаешь: выставлять заслуги напоказ не хочется. Главное — служить Отечеству честно.
Послесловие редакции
Смысл летописи не только в том, чтобы сохранять тексты, но и в том, чтобы фиксировать преемственность. После ухода Александра Михайловича Зарипова работа «Русской общины столицы» продолжилась.
Сегодня организацию возглавляет Андрей Авдеев. Андрей Леонидович был зарегистрирован среди кандидатов в депутаты Мажилиса по одномандатному округу в Астане (самовыдвижение) на выборах 2023 года — этот факт мы упоминаем исключительно как показатель гражданской вовлечённости, без агитации и оценок. Мы сознательно не даём оценок и не обсуждаем партийные платформы: для летописи важно другое — готовность активистов Общины выходить в публичную плоскость ради представления интересов гражданского общества.
С точки зрения ценностей ЭКОСОС и современной роли НКО/НПО, это выглядит естественно: международная практика рассматривает общественные организации как полноценного участника консультаций и обсуждений.
Русская община Казахстана исходит из того, что зрелое гражданское общество развивается через культуру, просвещение, социальную ответственность и добровольчество, и что участие общественных объединений в консультационных форматах — это форма служения людям и государству в правовом поле. Именно к такому пониманию Александр Михайлович снова и снова возвращается в этом интервью — и поэтому его слова продолжают звучать актуально
На национальном уровне Казахстан также развивает консультативные форматы диалога государства и общества. Именно в этой логике — без политизации, но с опорой на право и гражданскую ответственность — Русская община Казахстана и её активисты видят перспективу более системного участия в общественных консультациях и в работе площадок общенационального диалога.
И потому интервью Александра Михайловича Зарипова сегодня читается не как «страница прошлого», а как внятное наставление: общественная организация — это не декорация и не «массовка», а объединение граждан, способное профессионально помогать государству и обществу — от культуры и просвещения до общественного контроля и волонтёрства. Именно об этом он говорил, когда настаивал на реальных полномочиях и уважении к институтам гражданского участия.
Дело, которому служил Александр Михайлович Зарипов, живёт — в людях, проектах и общей памяти.
Русская община Казахстана 
Оставить комментарий